Андерс Ослунд: ваша экономика не так плоха, как все ожидали

Андерс Ослунд: ваша экономика не так плоха, как все ожидали

На Западе не так много экономистов, интересующихся Украиной. Андерс Ослунд один из них: экономика Украины и России – его специализация. Ценная особенность Ослунда – ему не свойственна европейская дипломатичность и он называет вещи своими именами. Например, еще в конце прошлого года он опубликовал резонансный материал о том, что Янукович и его окружение ежегодно воруют у страны $10 млрд. В конце мая Ослунд вошел в экспертный совет при Министерстве экономики Украины. Что он будет советовать правительству, какие первоочередные проблемы стоят перед украинской экономикой и чего добивается Владимир Путин, Ослунд рассказал в интервью ЛІГАБізнесІнформ.

– Вы входите в экспертный совет при Министерстве экономики Украины. Расскажите, как появился этот совет, кто инициатор его создания, какие полномочия, с кем контактируете и т.д.

– Инициатива исходила от министра экономики Павло Шереметы, он договорился с канадскими экономистами украинского происхождения Василием Калимоном (Ivey Business School) и Олегом Гаврилишиным (Munk Centre). А они уже позвали других участников (Каха Бендукидзе и Дарен Асемоглу. – Ред.).

Формат работы – раз в месяц собираемся и общаемся с Шереметой, обсуждаем главные вопросы. Уже было одно заседание, но я не смог присутствовать. На нем выработали ряд документов, в том числе концепцию реформ для вашей страны. Сейчас стоит вопрос, что и когда надо делать в Украине.

– Опишите ситуацию, в которой оказалась украинская экономика. Какие основные проблемы, болевые точки вы бы выделили?

– Первая – дефицит платежного баланса: в прошлом году он составил 9% ВВП. Чтобы его сбалансировать, надо было перейти к гибкому курсообразованию. Это сделано, и с марта платежный баланс выравнивается.

Вторая – дефицит бюджета, который в 2013 году составил непозволительные 9% ВВП. Его следовало сократить минимум наполовину, и новое правительство с этим тоже успешно справилось.

Третья – Украина не могла сама расплатиться по долгам, и ей нужно было срочно привлечь финансирование, что правительству Яценюка также удалось сделать. Соглашение с МВФ принесет Украине $17 млрд, и почти столько же страна получит из других источников в течение ближайших двух лет.

– Вы говорите об уже решенных проблемах. А что вы советуете делать правительству в ближайшее время?

– Бороться с коррупцией. Здесь два направления: экономическая и политическая составляющая.

Во-первых, самое важное – сократить дотации в энергетическом и газовом секторе. Первые шаги в этом направлении уже сделаны, цены повышены, но этого мало: предстоит еще большая работа до конца года.

Второе – надо принимать нормальный закон по госзакупкам. То есть он уже принят, и теперь нужно, чтобы все начали его выполнять.

Третье – надо, чтобы заработал принятый закон об общественной информации.

– А если говорить о политической составляющей?

– Конечно, первое, что надо сделать, – это решить проблему безопасности на востоке страны. Но я не могу детально комментировать эту ситуацию, я не военный эксперт.

Критично важно распустить этот состав парламента и провести досрочные выборы. Ваш парламент сейчас – это один из источников коррупции, и его необходимо убрать. Не забывайте, что именно этот состав парламента не возражал против создания и помогал обслуживать коррупционные схемы окружения Януковича. И если его не распустить, то очень скоро эти депутаты снова начнут выстраивать коррупционные схемы и воровать. Важно, чтобы выборы состоялись в сентябре и прошли по пропорциональной избирательной системе. Необходимо уйти от коррупционной составляющей при формировании парламента: прекратить продажу мест в списках.

Еще один приоритет – Конституция. Два важных аспекта: первый – нормальное разделение полномочий между ветвями власти. Плохой пример – правление Ющенко, когда президент, используя Конституцию, не давал работать премьеру Тимошенко. Это плохая Конституция.

Второй – госфинансы в Украине: они страшно централизованы. У вас все еще действует советская система финансирования. Надо ее децентрализировать, чтобы основная часть денег оставалась в регионах. Большинство постсоветских стран это уже сделали.

– Можно ли проводить непопулярные экономические реформы, когда на десятой части территории идут военные действия?

– Можно. Но нужно иметь нормальный, работающий парламент. Скорее всего, этот состав парламента будет распущен и в реформах будет перерыв в несколько месяцев.

Вероятно, уже новым депутатам предстоит утвердить ряд критически важных реформ. Поменять и сократить госаппарат, рассмотреть, какие госорганы вам нужны, а от каких стоит отказаться на время или полностью. Например, Латвия в кризис в 2009 году распустила половину ведомств. С моей точки зрения, в Украине сейчас можно смело сокращать 60% госорганов. Объединить те, чьи функции дублируются, какие-то функции отдать частному бизнесу, какие-то вовсе сократить. Надо добиться, чтобы государство перестало мешать бизнесу и жителям.

Второе – сократить бюджетные дотации и поменять систему субсидирования. В 1996 году мы с Виктором Пинзеныком даже разработали такую реформу – тогда, конечно, ничего не приняли. Очень интересно изучить дотации, которые скрываются в вашем бюджете. Если копнуть глубже, оказывается, что в бюджете очень много каких-то номенклатурных привилегий и льгот, не имеющих ничего общего с социальной справедливостью: VIP-пенсии, материальная помощь богатым, огромный список льгот и льготников и т.д.

Но в первую очередь надо убрать дотации в энергетическом секторе. Конечно, нельзя просто повысить цены на газ для населения в разы: надо разработать систему компенсации для малообеспеченных людей. Всемирный банк и МВФ уже неоднократно и успешно это делали. Например, в Бразилии монетизация льгот привела к сокращению неравенства в стране и была прекрасно воспринята населением.

– В обществе растет недовольство тем, что коррупционные схемы сохраняются. С чего бы вы рекомендовали начать бороться с коррупцией?

– Первое, что надо сделать, – ввести максимальную прозрачность процедуры распределения средств и процессов принятия решений. Второе – надо, чтобы информация о расходах бюджетов всех уровней, госзакупках, доходах и расходах чиновников была открыта и легкодоступна.

Второе – газ. Надо либерализировать цены на энергоносители, привести их к рыночному уровню. Не должно быть ситуации, как при Януковиче, когда “Семья” покупала газ внутри Украины по $53 за тысячу кубометров, а продавала за $410. Надо повысить цены до рыночного уровня не только на газ, но и на другие энергоносители, и на электроэнергию. Это бюджетные дыры и очаги коррупции.

И как я уже говорил, важно провести парламентские выборы так, чтобы депутатами стали люди, которые не купили себе места в проходных списках.

Ну и конечно, надо навести порядок в госфинансах. Изменить налоговую систему: упростить ее и автоматизировать, чтобы предприятие проводило максимум действий через интернет.

– Как вы оцениваете пожар в украинской экономике? Можно уже подсчитывать урон?

– Ваша экономика выглядит не так плохо, как все ожидали. За первый квартал ВВП снизился на 1%: это намного лучше ожиданий. Второй позитивный сигнал – темпы снижения промпроизводства замедлились в мае в три раза – до 2%. Оказалось, что демонтаж режима Януковича стал гораздо лучшим экономическим стимулом, чем можно было предположить. Янукович и его окружение не только воровали очень много денег, но и создавали для экономики массу проблем. У украинского бизнеса по-прежнему очень много вопросов, но после краха выстроенной Януковичем системы экономика получила глоток воздуха.

– Когда стоит ожидать возобновления экономического роста в Украине?

– В таких ситуациях что-то предсказывать – неблагодарное занятие. Но мой общий прогноз – такого длительного и глубокого спада, как все ожидают, не будет, потому что режим Януковича для экономики был просто ужасным бременем. Я думаю, что в конце этого года мы уже сможем увидеть небольшой рост.  

– Вы еще в конце прошлого года назвали казавшуюся запредельной цифру – Янукович и окружение воруют у страны $8-10 млрд в год. Тогда это посчитали преувеличением: так много красть в бедной стране невозможно! Но новый генпрокурор объявил, что Янукович украл за четыре года $100 млрд. Во сколько вы сейчас оцениваете масштабы воровства прежнего руководства с учетом открывшихся фактов?

– Арсений Яценюк сказал, что за время своего правления Янукович украл из казны $37 млрд. Думаю, что эта цифра вполне реальна. То есть получается около $10 млрд в год, как я написал в той статье. Но конечно, финальная цифра во многом зависит от методологии подсчета. В тот раз я не включал в перечень украденного приватизацию и деньги, которые были вытребованы у бизнеса. Наверное, когда говорят о $100 млрд, считают и приватизацию, и другие потоки.

Мой подсчет базировался на том, что через Госзакупки прежняя власть воровала около $2 млрд.

Сейчас можно точнее оценить, сколько они украли напрямую из бюджета. Я полагаю, что на налоговой и таможне ежегодно присваивалось от $3-5 млрд в год. Мой подсчет строился на рассказах людей, которые понимали размер откатов за возмещение НДС, обналичку, прохождение таможни и т.д.

На газовом арбитраже – покупая газ внутренней добычи по $53 и продавая промпредприятиям по $410 – было украдено около $3 млрд.

Я думал, что больше всего прежняя власть воровала в налоговой и таможне, но оказалось, что они воровали везде: в Министерстве социальной политики, у аграриев – где только возможно.

– Вы упомянули приватизацию. Что делать с заводами, шахтами и другими активами, приватизированными за время пребывания у власти Януковича?

– Я категорически против даже разговоров о реприватизации. Все мы помним, к чему это привело в 2005 году. Я считаю, что этот вопрос расколол оранжевую коалицию.

С юридической точки зрения на этот раз все проще, чем девять лет назад. Формально основными покупателями госактивов за последние четыре года были Фирташ и Ахметов. Можно сказать, что они покупали активы за треть – половину от справедливой цены, которую можно было бы получить на нормально организованном конкурсе.

Но суть не в цене. Скорее всего, во всех этих активах доля “Семьи” составляет около 50%. Прокуратура завела на Януковича и его окружение уголовное дело, поэтому их активы  должны быть конфискованы. Точно так же можно и нужно поступить с собственностью людей, чье незаконное обогащение во время правления Януковича не вызывает вопросов: Курченко, Иванющенко и др.

Реприватизация – это очень плохо, а конфискация – это хороший и правильный инструмент, когда доказано, что человек вор и преступник. Посмотрите на Фирташа: из-за нарушения закона в Индии у него могут конфисковать все активы, в том числе и украинские.

– В одной из ваших статей содержался тезис, что те, кто воровал и участвовал в коррупционных схемах Януковича, должны вернуть деньги. Но давали взятки и пользовались площадками очень многие отечественные бизнесмены. Если начать всех наказывать – не отразится ли это на экономической активности?

– Вы что-то неправильно поняли, или меня неправильно перевели: я такого не мог утверждать. Конечно, наказать всех невозможно. Это такая же глупая затея, как и реприватизация. Наоборот, бизнес должен получить сигнал: было так, вы поступали как все, вам за это ничего не будет, но с этого момента все пойдет по-другому, по-честному. Кто не согласен – будет наказан.

– Вы считаете, что инициатива нашей Государственной фискальной службы в отношении налогового компромисса – это хорошая идея?

– Да, это очень правильная мера. И надо открывать экономику для иностранных компаний, которые умеют работать по-честному. Чтобы они подавали пример.

– Россия не собирается вводить войска в Донбасс и присоединять к себе эту территорию. Тем не менее российская власть продолжает поддерживать сепаратистов оружием и засылать в этот регион наемников. Какую, по-вашему, цель преследует Путин, поддерживая сепаратистов на Востоке?

– Цель Путина – остановить демократизацию в Украине. Если Украина состоится как успешная страна – это большой риск для системы клептократии, выстроенной Путиным в России.

– В Украине уверены, что Россия – основной фактор продолжающегося противостояния в Донбассе. Тем не менее Европа прячет голову в песок и не спешит вводить секторальные санкции. Как вы оцениваете санкционную политику Запада в отношении России?

– Введенные санкции довольно эффективны. Они приведут к снижению темпов российской экономики в этом году на 2-2,5 процентного пункта. Ожидание дальнейших санкций порождает недоверие к финансовым рынкам России. Важно, что США ввели санкции против 18 близких к Путину компаний, в которых он, скорее всего, лично владеет значительной долей. В Евросоюзе много стран, и им сложно договориться по поводу России. Сейчас они стараются выступить единым фронтом и вводить одинаковые санкции, а не действовать вразнобой. 

Андерс Ослунд – старший научный сотрудник Института международной экономики имени Петерсона. Специализируется на исследовании российской и украинской политики и экономики. Он также является адъюнкт-профессором Джорджтаунского университета, изучает экономику России, Украины и Восточной Европы. Закончил Оксфордский университет, там же получил степень доктора философии. С 1991 по 1994 год работал под началом Джеффри Сакса советником премьер-министра Егора Гайдара.

С 1994 по 1997 год – экономический советник президента Украины Леонида Кучмы.

С 1994 по 2005 год он работал в Фонде Карнеги, вначале как ведущий научный сотрудник, а затем, с 2003 года, в качестве директора российской и евразийской программы.

С 2006 года работает в Петерсоновском институте международной экономики (США).

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>