Шеремета недошагал, или кому вообще нужно такое … – Бизнес

Шеремета недошагал, или кому вообще нужно такое … – Бизнес

27 февраля на пост министра экономического развития был назначен президент Киевской школы экономики Павел Шеремета. В свое время, он был советником премьер-министра Малайзии, преподавал и пользовался большой популярностью в среде прогрессивных экономистов. Но оценить его эффективность на посту оказалось непросто, потому как сомнения у экспертов вызывает эффективность самого министерства как института.

Экономика пребывала в плачевном состоянии — и премьер-министр Арсений Яценюк, и министр финансов Александр Шлапак, описывая ситуацию, чаще всего повторяли слово “катастрофа”. Вооруженный конфликт с пророссийскими террористами добавил проблем — армия требовала значительно больше ресурсов, чем предусматривал бюджет.

Перед новым правительством стояли четыре основные задачи: найти источник внешнего финансирования, уменьшить дефицит бюджета, кардинально сменить стратегию экономического развития и устранить факторы, которые этому развитию мешают. Какой в решении этих задач была роль МЭРТ?

Международная помощь

К приходу правительства Арсения Яценюка страна находилась на пороге дефолта по внешним обязательствам, международных резервов не хватило бы на покрытие долгов, национальная валюта стремительно девальвировала. В этих условиях получение внешних займов, финансовой помощи и инвестиций было задачей номер один.

В конце апреля Украина подписала с МВФ программу сотрудничества, которая предполагала выделение кредита сроком на два года под 3% годовых в размере $17,1 млрд, из которых в мае уже поступило $3,2 млрд.

Кроме того, Шеремета, министр финансов Александр Шлапак и глава Нацбанка Степан Кубив возглавили делегацию, которая отправилась в Вашингтон, где было подписано соглашение о предоставлении Украине финансовой помощи на сумму $1 млрд. Далее Евросоюз в одностороннем порядке открыл для наших экспортеров свои рынки и принял решение выделить еще $2 млрд, а Япония заявила о предоставлении помощи в размере $1,5 млрд. Всего, по оценкам МЭРТ, в Украину в течение 2014 должно поступить $18-20 млрд. Заметим, в переговорном процессе с МВФ и Евросоюзом ключевую роль сыграло Министерство финансов, так как вопросы внешних займов находятся в его компетенции; важна была и роль главы Нацбанка. С точки зрения полномочий, роль Шереметы была чисто имиджевой — у нас впервые появились политики, которых можно было показывать цивилизованному миру.

Стратегия

Главной задачей Министерства экономического развития было создание новой стратегии. Спустя всего пару дней после своего назначения Шеремета организовал экстренный экономический саммит при участии разного уровня реформаторов из стран, прошедших путь к здоровой рыночной экономике — Литвы, Польши, Словакии, Грузии и Западной Европы. Все они давали советы, в основном из области очевидного: нужно слушать бизнес, побороть бюрократию и коррупцию, реформировать налоговую систему, не бояться непопулярных решений. Шеремета советы слушал, красиво говорил по-английски и обещал принять меры.

После этого министр определился с планом. Первое, что он собирался сделать, это добиться максимальной прозрачности в сфере государственных закупок и устранить возможности для коррупции. Второе — облегчить и удешевить ведение бизнеса путем дерегуляции. И третье — улучшить состояние человеческого капитала страны.

Стратегия во многом определялась условиями договора с МВФ, а реализовывалась другими ведомствами. В результате, когда через месяц Павел Шеремета отчитывался о первых итогах, он с легкостью уходил от вопросов, ссылаясь на Минфин, налоговую службу, Национальный банк и решения миссии МВФ. В конечном счете, рассказывая о первом месяце работы министерства, Шеремета озвучил лишь две цифры: он посетил четыре населенных пункта и похудел на 8 кг. Конкретики не хватало и программе “100 дней — 100 шагов правительства”, которая должна была спасти экономику.

Реализация

Проекты, которые готовило МЭРТ, за три месяца своей работы касались в основном чисто технических преобразований, которые были предусмотрены программой реформ МВФ или договором об ассоциации с Евросоюзом.

Первым пунктом программы “100 дней” было принятие закона о государственных закупках, который бы сделал процесс более прозрачным и справедливым. Проект был разработан в Минэкономики с участием экспертов из ЕС и Всемирного банка и 27 марта подан в парламент. Принять его оказалось не так-то просто: это удалось сделать со второй попытки, и то с минимальным количеством голосов (за закон проголосовало 226 нардепов). К тому же МЭРТ подготовило проект приказа, который будет регулировать работу бесплатного веб-портала государственных закупок и определит порядок размещения на нем информации о закупках заказчиками и предприятиями. Реформирование системы госзакупок смело можно назвать самым существенным достижением министра. Однако Сергей Терехин, который занимал пост Шереметы в 2005 году, отмечает, что законопроекты, регулирующие механизм госзакупок — это компетенция Антимонопольного комитета. “По сути, это его единственная функция — создавать условия для того, чтобы бизнес работал честно”, — объясняет Терехин.

Позитивно был воспринят и закон об отмене 113 разрешительных документов, который вступил в силу 26 апреля. Хотя проект был предложен еще предыдущей властью, и МЭРТ снова оказалось не при чем.

Для гармонизации с правилами ЕС Минэкономики разработало законопроекты “О стандартизации” и “О метрологии и метрологической деятельности”, которые ограничили сферы нормативного регулирования стандартов и технических условий предприятий и метрологической деятельности соответственно. Своей очереди ожидает также закон “О технических регламентах и оценке соответствия”.

С целью сокращения количества контролирующих органов МЭРТ внесло проект постановления об объединении Госинспекции по контролю за ценами и Госинспекции по вопросам защиты прав потребителей в единую структуру.

Результат недавней активности МЭРТ — два законопроекта о государственной инвестиционной деятельности: “О внесении изменений в Бюджетный кодекс Украины (относительно государственных капитальных вложений)” и “О внесении изменений в Закон Украины “Об инвестиционной деятельности”, созданные при поддержке и под присмотром Всемирного банка. Законопроекты направлены на совершенствование системы управления инвестиционными проектами стоимостью свыше 100 млн гривень. Их нормы должны обеспечить прозрачность перераспределения бюджетных средств и уменьшить размах коррупции при принятии решений по финансированию масштабных инвестпроектов.

Одной из самых масштабных задач, которые поставило себе правительство, было реформирование налоговой системы. С этой целью были созданы три рабочие группы в Минэкономразвития, Министерстве финансов и Министерстве доходов и сборов. Каждая из этих рабочих групп должна была работать за отдельным направлением, в частности, рабочая группа при Минэкономразвития отвечала за “стратегическую составляющую”. Хотя стратегической составляющей должен заниматься (и по факту занимается) Минфин, как орган, контролирующий перераспределение государственных финансов.

На МЭРТ, а не на ФГИ, было возложено также сокращение перечня объектов госсобственности, которые не подлежат приватизации. В частности, речь идет о приватизации НАК “Нафтогаз”. Но на сегодняшний день, вопрос приватизации отошел на второй план — не удается распродать и то, что уже прописано в госбюджете.

Что делать с Минэкономразвития

Во время экстренного экономического саммита экс-министра экономики Грузии, а ныне советника Порошенко, Каха Бендукидзе давал Шеремете вполне конкретные (и весьма радикальные) рекомендации. Одним из основных его тезисов была необходимость сокращения госаппарата. “Рецепт урегулирования экономики прост: представьте, что ваш сосед решил запустить в какое-то министерство или ведомство ракету, которая его уничтожит. Если вам не стало страшно от мысли, как теперь жить без этого министерства — значит, ракета попала в нужное место”, — сказал он.

Тогда Шеремета задумчиво отметил, что уничтожение МЭРТ вряд ли кого-то бы опечалило. Он был настроен решительно и заявлял о намерениях существенно сократить штат.

Когда правительство взялось за пересмотр бюджета, было принято решение сократить количество работников каждого министерства на 10%. При том, что в МЭРТ работало 1300 человек, это не так уж радикально. По словам самого министра, советник Бендукидзе рекомендовал оставить всего 250 человек, но со временем Шеремета утратил радикальный настрой и отказался от серьезных сокращений. Стоит отметить, что средняя зарплата работника — около 2 тыс. гривень, и это создает большой соблазн для коррупции. К тому же трудно себе представить хорошего специалиста, который согласится на такую работу исключительно из патриотических соображений. Поэтому Минэкономразвития рискует остаться громоздким, коррумпированным и непрофессиональным органом.

Олег Устенко, Директор Института мировой экономики и международных отношений НАН, ставит вопрос еще более радикально: “а нужно ли нам вообще Министерство экономики в той форме, в которой оно существует сейчас? В устаревшей советской форме органа, отвечающего за госплан?” Он убежден, что система государственного управления остро нуждается в реформировании, и это касается в том числе МЭРТ. “Нужно провести обзор функций госорганов, выяснить кто чем занимается — ведь часто три разных органа выполняют одну и ту же работу. В Минэкономики стоит ликвидировать региональные управления, и мы бы с вами точно не пострадали, если бы сократился штат. И тогда окажется, что функции МЭРТ может выполнять просто какая-нибудь комиссия по экономическому развитию при Министерстве финансов”, — считает эксперт. Особенно это важно сейчас, когда страна фактически находится в состоянии войны и нужно думать, как сократить бюджет.

Как ни странно, экс-министр экономики Терехин с ним согласен. “В чем их компетенция? Сегодняшнее министерство — это виртуальное хозяйство, нечто такое, что, по сути, никому не нужно. В том виде, в котором оно существует, его нужно закрывать, оно никуда не годится. Единственный человек, заинтересованный в его существовании — это сам министр”, — резюмирует он.

Терехин также считает, что МЭРТ было бы эффективнее объединить с Минпромполитики и Министерством финансов: “Как минимум, на одного министра и трех секретарш стало бы меньше”.

В целом, деятельность Шереметы в основном сводилась к тому, что он умеет делать лучше всего — к разговорам. Тем временем само МЭРТ занималось необходимой технической работой — подгоняло законодательство под нормы ЕС с тем, чтобы подготовиться к подписанию договора о свободной торговле 27 июня. “Да, определенные шаги были сделаны, но поскольку ожидания были слишком высокими, по факту все разочарованы”, — говорит Устенко. По мнению экспертов, все сделанное министерством — это стабилизационные меры, а не структурные реформы, которых ожидали от правительства.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>