Эксперты при правительстве обосновали необходимость …


Когда в налоговых проверках участвует полиция, средний размер доначислений по налогам резко возрастает: самостоятельно налоговики доначисляют в среднем по 7,5 млн руб. за одну проверку, а при участии полиции — в два-три раза больше, выяснили ученые Финансового университета при правительстве на основе данных ФНС и МВД. Пресс-служба ФНС подтвердила РБК актуальность данных. МВД на запрос РБК не ответило.

Цель исследования, которое выполняется по госзаданию, — сформулировать предложения по совершенствованию законодательства для улучшения взаимодействия между налоговиками и правоохранителями при выявлении налоговых преступлений, пояснил РБК руководитель работы, профессор Финансового университета Иван Соловьев. По итогам исследования ученые могут предложить правительству создание специализированного органа по расследованию налоговых преступлений — по образцу итальянской Guardia di Finanza и по аналогии с налоговой полицией, которая существовала в России до 2003 года.

В 2013 году при самостоятельных проверках ФНС доначисляла бизнесу в среднем 6,9 млн руб. налогов за одну проверку, а при инспекциях с участием полиции — втрое больше — 21,6 млн руб., свидетельствует статистика, которую анализировали исследователи. В 2014 году совместные проверки оказались в 2,5 раза эффективнее (20,6 млн руб. против 8,2 млн руб.), а в 2015 году — вдвое эффективнее (19,1 млн руб. против 8,9 млн руб.). Тем не менее налоговики предпочитают проверять бизнес самостоятельно: в 2014–2015 годах полицейские участвовали примерно в 20% налоговых проверок.

Совместные проверки проводятся в наиболее сложных случаях уклонения от уплаты налогов, объясняют в ФНС. Например, если есть свидетельства необоснованного возмещения НДС или акциза, при выявлении преступных схем уклонения от уплаты налогов, когда налогоплательщик избегает налогового контроля или активно противодействует выездной налоговой проверке или использует в работе фирмы-однодневки и т.д. Служба не ставит цели все проверки проводить совместно с органами МВД, это нецелесообразно, сказано в ответе ФНС на запрос РБК.

Но процессуальная эффективность собранных налоговиками материалов невысока, утверждают исследователи: уголовные дела по ним возбуждаются лишь в 9–11% случаев. Методы, которыми пользуются налоговики, не позволяют документировать налоговые преступления — налоговики не могут прослушивать телефоны, проводить оперативное внедрение и наблюдение — все, что для документирования преступлений использует полиция, объясняет Соловьев. Потому, констатируют ученые, к немедленному результату привел возврат к прежнему порядку возбуждения уголовных дел по налогам — Следственный комитет осенью 2014 года вернул себе право использовать материалы полицейских оперативно-разыскных действий. В течение 2015 года количество таких дел увеличилось почти на полторы тысячи — с 3102 до 4568 (а сумма возмещенного ущерба за тот же период увеличилась на 86%, составив 14,9 млрд руб.), отмечают авторы исследования.

Как в Италии

Основываясь на всех этих показателях, ученые пришли к выводу о необходимости «значительного укрепления государственной системы противодействия налоговой преступности». Идеальным вариантом они считают введение «единого правоохранительного цикла выявления, пресечения и расследования налоговых преступлений». Это можно реализовать путем создания специализированного правоохранительного органа (финансовой полиции), сказано в исследовании, с выдержками из которого ознакомился РБК. В качестве удачного примера ученые приводят Финансовую гвардию в Италии (Guardia di Finanza). Согласно ее годовому отчету, в 2015 году сумма выявленных сокрытых налогов превысила €1 млрд, что эквивалентно 84,7 млрд руб., против лишь 14,9 млрд руб. в целом по России.

Единый силовой налоговый орган был и в России — Налоговая полиция существовала с 1992 по 2003 год. Ее показатели раскрываемости преступлений и обеспечения поступлений в бюджет были лучшими в российской истории, говорит Соловьев. Он подтвердил РБК, что исследователи обсуждают возможность предложить правительству создание специализированного органа по расследованию налоговых преступлений. Но, по его словам, это не будет предложено «как императив» — лишь как одна из возможностей. В любом случае, по его словам, речи о воссоздании Налоговой полиции с ее пугающей репутацией речи не пойдет — сейчас достаточно возможностей набрать в новый орган по-настоящему грамотных специалистов.

Совместные проверки налоговой и полиции действительно дают синергетический эффект — благодаря объединению полномочий ведомства могут гораздо глубже и тщательнее проверить бизнес, говорит Роман Терехин, управляющий партнер бюро «Деловой фарватер», которое специализируется на защите бизнеса при налоговых проверках. Но при совместных действиях налоговиков и полицейских возрастает не только эффективность, но и «агрессивность», указывает он. Эффективность совместных проверок объясняется не глубиной изучения бизнеса, а тем, что в присутствии полицейских предприниматели чаще готовы согласиться с доначислениями, чтобы не создавать угрозу последующих, более жестких проверок, считает сопредседатель «Деловой России» Андрей Назаров.

Ранее похожую идею — о создании единого органа для расследования всех экономических преступлений — выдвигало само бизнес-сообщество, подтвердил РБК Назаров. Но статистика совместных проверок налоговиков и полиции — лишнее свидетельство того, насколько осторожно нужно эту идею рассматривать, предупреждает эксперт. При внешней видимости эффективности совместные проверки налоговиков и полиции в целом для экономики и инвестиционного климата скорее отрицательный фактор, считает Назаров. 

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>